Сокращение въездного потока и ужесточение миграционного контроля формируют новые условия для российского бизнеса. Согласно данным Погранслужбы ФСБ, размещенным в ЕМИСС, за январь — июнь 2026 года число въездов иностранных граждан в РФ составило 7,1 млн поездок, тогда как годом ранее — 7,8 млн.  По информации аппарата Совбеза РФ, на 1 апреля 2026 года в России находились 6,1 млн иностранных граждан (годом ранее — 6,8 млн). Действующие трудовые патенты имели 1,7 млн человек.

Масштаб кадрового дефицита

Российская экономика уже вошла в зону структурного дефицита кадров. По оценке вице-премьера Александра Новака, к 2030 году дополнительная потребность в работниках составит порядка 3,1 млн человек, а в течение ближайших пяти лет предстоит заместить около 11 млн рабочих мест из-за выхода сотрудников на пенсию. На начало 2026 года в стране насчитывалось примерно 4,2 млн открытых вакансий — максимум за последние 20 лет.

Острее всего нехватку персонала ощущают сельское хозяйство, промышленность, строительство, ЖКХ, энергетика, транспорт и IT. По оценке доцента ИМЭС Л. Байгузиной, пик дефицита в строительстве и ЖКХ может прийтись на 2027 год, однако уже сейчас кадровый голод тормозит реализацию инфраструктурных проектов и модернизацию коммунальной сферы.

Ужесточение контроля: новые барьеры для бизнеса

Параллельно с сокращением миграционного потока усиливается контроль за иностранцами, уже находящимися в стране. Вводятся новые обязательные процедуры, расширяются основания для выдворения, усиливается цифровой надзор.

Реестр контролируемых лиц. С 5 февраля 2025 года действует реестр контролируемых лиц. Попадание в него влечет ряд ограничений — от банковских операций и регистрационных действий до высылки из страны.

Цифровой контроль в Московском регионе. В Москве и Подмосковье с 1 сентября 2025 года безвизовых мигрантов обязали передавать геолокацию через мобильное приложение «Амина» под угрозой снятия с учета и выдворения. Эксперимент продлится до 1 сентября 2029 года.

Медицинское освидетельствование. С 1 сентября 2026 года для иностранных граждан, прибывающих на срок свыше 90 дней, установлена обязанность пройти медицинское освидетельствование на ВИЧ-инфекцию, наркотические средства, туберкулез и сифилис в течение 30 календарных дней с момента въезда с последующим ежегодным прохождением. Неисполнение требования влечет административный штраф в размере от 25 до 50 тыс. рублей и возможное выдворение за пределы РФ.

Расширение оснований для депортации. 4 августа 2026 года подписан закон, вступающий в силу 3 ноября, который увеличивает количество статей КоАП, допускающих выдворение, с 22 до 45.

Статистика выдворений. Президент Владимир Путин на встрече с начальником миграционной службы МВД РФ Андреем Кикотем отметил, что благодаря реформе миграционного законодательства выдворение иностранцев из России стало применяться на 85% чаще. По словам Кикотя, за полтора года выдворено 100 тыс. человек, из них 75 тыс. — принудительно.

Проверки бизнеса. За первое полугодие 2026 года МВД зафиксировало 50 тыс. административных нарушений со стороны работодателей, связанных с трудоустройством иностранцев, — на 22,1% больше, чем годом ранее. Проверки бизнеса выросли на 42,5% (с 6,4 до 9,1 тыс.), при этом нарушения выявлены в 90,3% случаев.

Как это сказывается на рынке труда

Сокращение въездного потока и ужесточение правил формируют для работодателей несколько значимых эффектов.

Дефицит линейного персонала. В строительстве, ЖКХ, логистике, общепите и ритейле традиционно высока доля иностранной рабочей силы. Снижение числа въездов и рост рисков депортации приводят к нехватке исполнителей на типовых позициях.

Рост стоимости привлечения мигрантов. Из-за повышенных рисков и административной нагрузки работодатели несут дополнительные издержки на всех этапах — от проверки документов до юридического сопровождения.

Риски внезапной потери персонала. Новые основания для выдворения позволяют депортировать сотрудника за мелкое хулиганство или неповиновение полиции — нарушения, по которым ранее выдворение не применялось. Для работодателя это означает внеплановую вакансию и срочный поиск замены.

Повышение требований к учету. Ошибки в документах, просрочки уведомлений или неточности в данных могут стать основанием для санкций и потери сотрудника. Компании вынуждены усиливать внутренний контроль и повышать квалификацию HR-специалистов.

Что это значит для бизнеса: три приоритета

В условиях сокращения традиционного миграционного потока из Центральной Азии Россия увеличивает привлечение работников из визовых стран: за первое полугодие 2026 года гражданам таких государств выдано более 147 тыс. разрешений на работу — почти на треть больше, чем годом ранее. Это формирует перед работодателями три ключевые задачи.

Первая — повышение эффективности использования имеющихся трудовых ресурсов, включая автоматизацию. Речь идет о перераспределении фонда рабочего времени: механизация и цифровые инструменты на рутинных операциях, пересмотр норм выработки, оптимизация графиков и логистики смен. Для экономики с дефицитом линейного персонала это становится источником внутренних резервов без расширения найма.

Вторая — выстраивание прозрачных и юридически безупречных схем работы с иностранными сотрудниками, исключающих штрафы и аннулирование документов. Подразумевается полноценный миграционный комплаенс: календарь уведомлений МВД, контроль сроков патентов и медосвидетельствований, сверка статусов через реестры, обучение HR и линейных руководителей. Поскольку почти половина штрафов связана с нарушениями порядка уведомления о найме или увольнении, формализация этих процессов дает наибольший эффект при минимальных затратах.

Третья — диверсификация источников найма и участие в программах организованного набора. Компании все чаще ориентируются не на свободный рынок мигрантов, а на целевые каналы: партнерства с кадровыми агентствами из визовых стран, межгосударственные квоты, работа с выпускниками колледжей и переобучение местного населения. Это снижает зависимость от волатильных потоков и закрывает позиции, где ранее нанимали преимущественно иностранцев.

Кадровый дефицит утрачивает характер временного вызова и приобретает статус структурного фактора, определяющего долгосрочную стратегию развития бизнеса. Он оказывает влияние на инвестиционные решения, планирование фонда оплаты труда, а также на продуктовые и сервисные модели — в тех случаях, когда нехватка исполнителей ограничивает масштабирование.